|
Необходимо сразу оговориться, что ответ на "главный вопрос философии" не следует из используемой модели (что свидетельствует в пользу ее разумности). Из посылки относительности мышления и отсутствия в мире изначальных, абсолютных ценностей ни коим образом не следуют также ответы на вопросы о возможности объективного существования мира помимо нашего сознания и его познаваемости. Более того, сама исходная посылка делает эти вопросы в какой-то степени бессмысленными (не существенными).
Действительно, если ценности являются продуктами деятельности сознания и связаны с его развитием, то они неизбежно связаны и с познанием мира, независимо от того, объективно он существует или нет. Вопрос же о познаваемости мира вообще представляется странным при любых (кроме божественной) начальных посылках.
Например, если мир познаваем, но бесконечен и, следовательно, познаваем за бесконечное время, то познаваем ли он?
Вопрос о познаваемости содержит в себе скрытый вопрос – приближаемся ли мы к "истинному" пониманию, в какой степени отражает наше понимание эту самую "абсолютную" истину – то есть содержит в себе априорное предположение о существовании "ценности в себе", не зависящей от нашего мышления и противоречащей утверждению о том, что оценка производится только субъектом.
Следовательно, в рамках антропологического подхода, сама постановка вопроса о познаваемости мира может быть признана некорректной и, что самое главное, неактуальной. Любопытно, что к такому же заключению приводят многие современные западные философские направления.
Представляя мир, как процесс непрерывного становления, Ницше, как и задолго до него Гераклит, сталкивается с проблемой субстанциализации движения, которую он решает, вводя (вслед за Шопенгауэром) "волю к власти", являющуюся сущностью бытия в широком смысле, что можно рассматривать как некий робкий шаг от "вещи в себе".
Вообще же, системное мышление представляется не самым сильным местом Ницше, он скорее интуитивно ощущает суть проблемы, исходя из неких эстетических представлений, цельность же и системность дальнейшей проработки вопроса его интересует куда меньше. Особенно это проявляется в "бесполезных" (то есть далеких от истинных, человеческих ценностей) вопросах онтологии.
Ответ же на переформулированный как "Нужно ли познавать мир?" вопрос – безусловно "Да", поскольку (если) это ведет к созданию новых ценностей, то есть если конкретный субъект этого хочет (то есть считает ценностью для себя)
|
