|
Нельзя сказать, что задача исследования мозга не ставилась, но ставилась она всегда как-то локально – в рамках той науки, в которой проводилось конкретное исследование.
В кибернетике вопрос всегда стоя так: вот у нас есть ряд схем, принципов, наработок в области создания компьютеров. А нельзя ли, используя все это, сделать думающий компьютер? Таким образом, ставилась задача не использования информационных подходов к исследованию мозга, но лишь создания нового интеллектуального суперкомпьютера.
Что касается физиологии мозга, то представим себе исследователя, пытающегося по отдельным элементам (транзисторам, соединениям и т.д.) микросхемы современного компьютерного процессора понять, как работает компьютер! Он вытаскивает процессор целиком – компьютер умирает, нарушает одно из соединений – гаснет экран, другое – пропадает звук и т.д. А ведь таких соединений миллионы, и они взаимосвязаны! Не исключено, что через какое-то время после проведения такого исследования мог бы возникнуть тезис о душе и принципиальной непознаваемости компьютера.
В психологии, которая стоит ближе других наук к логике работы мозга, смогли наработать большой фактический материал. Рефлексы, подсознание, ассоциативное мышление, эмоции и их связь с конкретными областями мозга, работа органов чувств (при посредстве мозга) – это уже серьезные предпосылки, чтобы поставить вопрос об общей (черновой, рабочей!) модели. Наверняка, такие модели выдвигались, и лишь научная добросовестность (!) не позволила им перейти в философию, и, следовательно, в общественное сознание. Единственное место, куда они были допущены – это научная фантастика.
Философия, в силу своих глубоких корней и традиций, не успела заметить достижений конкретных наук и продолжает оперировать в этой области доказательствами и понятиями людей, живших в прошлом веке (или тысячелетии).
Так как же все-таки можно было бы поставить эту проблему, чтобы она действительно стала предметом исследования? В чем причина такой раздробленности, ненаправленности вопросов?
Похоже, что в цели. Каждая наука имеет свою утилитарную цель. Кибернетика – повышение могущества человека (ближнего) путем совершенствования компьютеров (именно цифровых, так как остальные в настоящее время не эффективны), медицина – улучшение здоровья того же человека (непроверенная теория опасна). Все цели абсолютно альтруистичны и потому так далеки от эгоистической цели Ницше, от его "призрака" – исследование ради познания, даже не ради, а потому, исследование из внутренней потребности.
А ведь при таком подходе меняется и постановка задачи! С одной стороны весь комплекс исследований может проводиться в самой широкой постановке – исследование мышления, но, при этом не только не исключаются, но и приобретают внутренний смысл вполне локальные исследования на стыках (синтетические), которые как правило не преследуют по началу утилитарной цели "для чего-то".
Понятно, что в рамках данной работы исследовалась скорее сама постановка вопроса и, по возможности, ее следствия.
Тем не менее, для иллюстрации того, как могло бы выглядеть такое исследование, ниже, в виде кратких тезисов с комментариями приведена некоторая "черновая", набросочная модель мышления, вернее, мозга, как объекта, обрабатывающего информацию.
Для наглядности тезисы модели выделены точками, а комментарии отделены от них линиями и выделены курсивом.
|
